Вселенная - это кристалл

Предыстория вопроса такова. В. Труфанов много лет работал в области кристаллографии и пытался найти связь между строением кристаллов и их физико-химическими свойствами. Порой ему казалось, что эта задача неразрешима.

Однако, после определенного перерыва, он вновь и вновь пытался найти в хаосе математических зависимостей некоторые фундаментальные основы.

Hаконец, в 1992 году им было найдено универсальное уравнение кристаллографии, являющееся, в сущности, моделью кристалла. И здесь выяснилось, что полученное фундаментальное решение имеет не узкоспециальное, а глобальное значение. Уравнения специальной теории относительности оказались лишь частным случаем математической модели кристаллографии (!)

Hа модель не накладывались никакие ограничения, вследствие чего она приобрела вселенскую значимость. И тут его озарила мысль: "Так ведь вся Вселенная - это кристалл!". Вывод, конечно, неординарный, но и не абсурдный.

Hаверное, не зря в священном писании говорится о "небесной твердыни". В пользу "кристаллической" модели Вселенной говорит и тот факт, что старинные зарисовки звездного неба свидетельствуют о неизменности геометрии звездных скоплений.

Говоря о Вселенной как о "Первокристалле", необходимо пояснить смысл понятия "твердыни". Под твердостью в обычном понимании подразумевается способность тел оказывать сопротивление проникновению в них других чужеродных тел. Мы знаем, что есть технические понятия твердости и микротвердости.

Твердость же в космическом масштабе, о которой говорит В. Труфанов, следовало бы назвать "космотвердостью". Это означает, что в нашу Вселенную не сможет беспрепятственно проникнуть какая-либо чужеродная блуждающая Галактика. С физической точки зрения сопротивляемость проникновению "посторонних галактик" обуславливается "натяжением" силовых линий физических полей взаимодействующих небесных тел. Так что ничего абсурдного в "кристалличности" Вселенной нет.

Модель Труфанова воспроизводит все основные физические и астрономические явления, включая гравитационные взаимодействия тел. Он обосновал возможность локального управления гравитацией. В отдельных областях Вселенной она может отсутствовать.

В качестве доказательства он приводит такой факт: "Астрономы установили, что туманность в созвездии Тельца, возникшая в 1054 году, уже в течение 940 лет расширяется с неизменной скоростью тысяча километров в секунду, что свидетельствует об отсутствии гравитации. Любопытно, что и сама вспышка взрыва проходила без повышения температуры. С позиции современных физических представлений это явление необъяснимо".

Выводы, вытекающие из анализа модели мироздания В. Труфанова, в значительной мере опровергают общую теорию относительности Эйнштейна. Самарский ученый прямо сообщает: "...время показало, что для человеческих масштабов и больших астрономических расстояний эйнштейновская теория не работает. В безбрежных просторах Космоса не удалось обнаружить: ни черных дыр, ни гравитационных волн, ни "кротовых" нор, через которые можно, якобы, проникать в другие миры...".

Или: "...Эйнштейн сосредоточил на своей теории огромные усилия. И все было бы хорошо, если бы... обнаруженный еще Б. Риманом, геометрический метод был бы известен Эйнштейну. Это был метод измерения, связанный с простым счетом узлов кристаллической решетки, образующей пространство. Прозрение Эйнштейна наступило лишь в конце его жизни, когда он осознал свой недосмотр и с грустью согласился, что если бы ему строить физику на кристаллических структурах, то его теория тяготения превратилась бы в воздушный замок. Т. е. он был на пороге разработки новой теории тяготения, не похожей на первую".